КУЛЬТУРА

Память: Прощай, Эдичка!

Память: Прощай, Эдичка! 1
8вид
Память: Прощай, Эдичка! - фото
Память: Прощай, Эдичка!

Известный писатель, философ и политик умер в одной из столичных больниц. 

Он долго боролся с онкологией. Но не смог победить. Во время сложной операции сердце Эдуарда Лимонова остановилось…

Сам Лимонов к теме смерти относился спокойно и даже заранее написал «сценарий» собственных похорон. Он хотел, чтобы его тело сожгли, а прах погрузили на плот и отправили в свободное плавание по реке. Но в итоге тело писателя и политика просто предали земле на Троекуровском кладбище Москвы. Впрочем, похороны — это, пожалуй, единственное, что было обычного в его биографии…

ВСЕГДА ПОПЕРЕК!

Лимонов был оппозиционером во все времена и во всех странах, где бы ни жил. В СССР он был зачинщиком всевозможных волнений и забастовок. Председатель КГБ Юрий Андропов называл писателя «убежденным антисоветчиком».

В 1974 году Эдуард эмигрировал в США. Но и в капиталистическом раю ему тоже не нравилось. В русской эмигрантской прессе Лимонов публиковал статьи, обличающие буржуазный уклад. В конце концов по настоятельной просьбе высших чинов ФБР его философские опусы запретили. И тогда Лимонов приковал себя наручниками к дверям здания New York Times, протестуя против цензуры.

В 1980-м он перебрался из Америки во Францию, где вступил в коммунистическую партию. В 1990-х вернулся в Россию. И тоже начал активную оппозиционную деятельность. Основал Национал-большевистскую партию, деятельность которой в итоге была запрещена на территории РФ. В общем, Лимонов постоянно выступал против чего-либо. Его отец Вениамин Савенко сетовал: «Характер у него такой, не знаю, где он такой подобрал. Всегда поперек!»

ВСЯ ЖИЗНЬ — ВОЙНА

В 2001 году Лимонов попал в тюрьму. Многие связывали этот арест как раз с тем, что писатель постоянно оказывался «поперек» действующей власти. Его обвинили в хранении оружия и создании незаконного вооруженного формирования. Но отсидел Эдуард только половину срока, его освободили условно-досрочно в 2003-м.

Что касается оружия, то Лимонов действительно его любил и не скрывал, что готов в любой момент применить его по прямому назначению. Он, например, успел повоевать в Приднестровье, в Югославии (на стороне сербов), принял участие в грузино-абхазском конфликте (на стороне Абхазии). И, по некоторым данным, готовил вооруженное вторжение в Казахстан для защиты русскоязычного населения от местных националистов. Но осуществить свои планы не успел, потому что был арестован.

НА ВСЕ РУКИ ОТ СКУКИ

Самостоятельную жизнь Лимонов начал в 17 лет. Не чурался никакой работы. Например, в конце 1960-х он перебрался из Харькова, где провел детство, в Москву. С собой привез старенькую швейную машинку и моментально наладил подпольное производство джинсов, на которые пришивал фирменные лейблы.

«Задолго до китайцев я был контрафактором, — признавался писатель. — Ну, разумеется, не в таких грандиозных масштабах».

Эдуард хвастался тем, что в его джинсах ходили и скульптор Эрнст Неизвестный, и поэт Булат Окуджава. А во время эмиграции Лимонов кем только не работал: был и грузчиком, и официантом, и уборщиком, и корректором в газете.

Свой первый роман «Это я — Эдичка» он тоже написал в США. Но ни одно издательство не приняло рукопись к публикации. Книгу удалось издать только в 1980 году во Франции. Русскоязычные читатели были, мягко говоря, шокированы этим предельно откровенным произведением. И автор гордился тем, какой эффект произвело его творение.

«Конечно, этим романом наших людей долбануло по голове изрядно, они до сих пор никак его не переживут, но, думаю, это полезно, — говорил сам Лимонов о своей книге. — Считаю, что написал очень революционную и очень талантливую вещь».

В СССР Лимонова впервые опубликовали в 1989-м. Тогда вышла в свет его повесть «У нас была великая эпоха».

ШЕСТЬ ЖЕН И 80 КНИГ

Личная жизнь писателя тоже была очень бурной. Примерно с середины 1960-х он стал жить в гражданском браке с художницей Анной Рубинштейн. Потом — в 1973-м — Лимонов встретил поэтессу Елену Щапову. И так влюбился, что решился даже на обряд венчания. Но и этот союз распался.

В 1983 году супругой Лимонова стала модель и писательница Наталия Медведева, с ней скандальный литератор прожил целых 12 лет. После чего у Лимонова было еще два гражданских брака и один официальный.

Последней его супругой стала актриса Екатерина Волкова. Она родила Эдуарду двух детей — Богдана и Александру. Однако в 2008-м последовал развод. Волкова признавалась, что Лимонов принес в ее жизнь «невероятное счастье», но к быту он оказался совершенно неприспособленным. Ей все приходилось тащить на себе: и домашнее хозяйство вести, и детьми заниматься, и зарабатывать. Вот и не выдержала.

В последние годы на личном фронте у писателя установилось полное затишье. Да и на политическом поприще Лимонов уже не проявлял активности. Это связано, конечно, с тем, что он сильно болел.

Писателю удалили гематому головного мозга. Потом был поставлен онкологический диагноз. Но, несмотря на крайне плохое самочувствие, Лимонов продолжал писать и оставил после себя аж 80 (!) томов литературных трудов — повести, романы, стихи, публицистику…

«Я СДЕЛАН ИЗ ДРУГОГО ТЕСТА»

Корреспондент «МН» встречался с Эдуардом Лимоновым, когда его партия была под запретом, а сам он находился на нелегальном положении и называл себя «врагом государства №1». Предлагаем вашему вниманию фрагменты из той беседы…

— В вашей жизни была тюрьма. А еще война, эмиграция. И ничего не напугало?

— Я так не мыслил никогда. Воспринимаю все эти негативные вещи как данность, препятствия, которые необходимо преодолеть. И поэтому они на меня оказывают скорее стимулирующее влияние.

Я заметил, что в своей лучшей форме бываю, когда есть вызов, тогда я становлюсь очень эффективным и реагирую быстро, четко. Скорее, не люблю моменты, когда ничего вокруг меня не происходит, вот это меня жутко напрягает.

— Вы были на трех войнах?

— Больше — на пяти. Три сербские, Приднестровье и Таджикистан… А что тут удивительного?

Во-первых, как писателю мне это было очень интересно. Потому что в Советском Союзе на моем веку никаких войн не было, и даже война в Афганистане началась, когда я уже шесть лет жил за границей. Да, война меня притягивала, был большой интерес. Люди всегда интересны в своих экстремальных проявлениях. И в тюрьме, и в эмиграции, и на войне.

— Вы успели побывать везде.

— Да, потому что не уклонялся никогда. Другие уклоняются. На самом деле у любого есть возможность испытать все это. Кому-то мешает задница — взять, поднять ее и поехать…

— Убивать на войне приходилось?

— Когда бежишь в атаку, стреляешь из автомата и натыкаешься на лежащего человека, то, кто его убил, непонятно: вы или сосед, который в трех метрах от вас. А если стреляете с позиций, еще сложнее определить, убили вы кого-либо или не убили.

— Но ведь и вам могла достаться шальная пуля. Как относитесь к смерти?

— Абсолютно безразлично. Считаю, что человек был задуман более-менее бессмертным как вид. А индивидуальное бессмертие — это даже как-то вульгарно и пошло, его не должно быть.

— Что было самым неприятным в тюрьме?

— Естественно, отсутствие воли, свободы. Даже если она выражается в том, чтобы пойти и окунуться в грязную Волгу. Что, собственно, я и сделал в первую очередь после того, как в Саратове меня отпустили… Нет, первым делом я, конечно, выпил…

— Семья и Лимонов — понятия совместимые?

— Каждый понимает семью по-своему. Для большинства российских людей муж и жена — это удобрение такое, компост для детей. То есть у нас мужчины и женщины живут семьей, для того чтобы поднять и воспитать детей. Забывая о себе, забывая о своем предназначении. Но я-то из другого теста сделан. Из детей еще неизвестно, что получится, а я — человек уже создавший себя, и посвятить всю жизнь детям, а себя растоптать — для меня невозможно.

— Может быть, вам комфортнее одному?

— Мне комфортнее так, как я живу. Но вообще одиночество — это хорошая штука. Наши соотечественники проводят жизнь в таком огромном кагале, что уже с утра начинают орать друг на друга…

Я был арестован за участие в одном митинге, сидел в спецприемнике. За стенкой слышу: люди, едва проснувшись, уже начинают задавать друг другу какие-то дикие вопросы, ругаться. А я думаю: как хорошо! Я тут сижу себе один. С книгами, со своими мыслями. Так отлично…

Подготовили

Лидия Мезина,

Максим Неверов.

Фото из архива Э. Лимонова.

источник

Оставить отзыв